Украина и новая Европа: «стратегия» Павло Климкина зашла в тупик

      Комментарии к записи Украина и новая Европа: «стратегия» Павло Климкина зашла в тупик отключены

Я сейчас не буду вступать в дискуссию, могли ли лидеры «Оппозиционной платформы — За жизнь» или альянса «НАШИ — Оппозиционный Блок» прорваться во второй тур президентской гонки. Но президентский пост нынешним оппозиционерам явно бы «не помешал». Потому что предложение Вадима Рабиновича: «Давайте упраздним пост президента и сделаем Украину парламентской республикой!» для внутреннего использования, может быть, и заманчиво, но для того, что ожидает страну в ближайшем будущем, явно преждевременно.

Потому что в комплекте прав президента есть «назначение министра иностранных дел». Сейчас на этом посту мы «имеем то, что имеем». За без чуть-чуть пять лет своего управления МИДом нынешний министр Павел Климкин смог, в сухом остатке, добиться только одного: превратить Украину из «любимого дитяти европейской демократии» в изгоя в среде своих соседей. И речь не только о России или Беларуси, но и…

Польша, точнее, польское «гражданское общество» из «главного адвоката Украины в ЕС» превратилось в искреннего недоброжелателя Украины, терпящего ее только потому, что без украинских трудовых мигрантов пострадает польская экономика. На конец прошлого года в Польше работало более двух миллионов трудовых мигрантов, но в Варшаве говорят, что стране необходимо как минимум пять миллионов для стабильного экономического роста (Адам Глапинский, председатель правления Национального Банка Польши в интервью газете Dziennik Gazeta Prawna). Но для поляков политика всегда была «дискуссией на тему исторических обид» (Ежи Гейдроц), а уж обид между Киевом и Варшавой за последнее тысячелетие было более чем достаточно. И украинский МИД не смог купировать эту проблему.

Венгрия превратилась в откровенного противника Украины: спасибо нашему закону об образовании и откровенному давлению на мадьярское меньшинство в Закарпатье. А ведь венгры, как и обещали, вполне способны заблокировать любое движение Украины в НАТО: в альянсе решения принимаются консенсусом.

Румыния хмурым валашским взглядом присматривается к левому берегу дельты Дуная и ее абсолютно не волнуют интересы Украины в этом регионе: контроль над товарным потоком транспортного коридора Рейн — Дунай (читай: порт Роттердам — порт Констанца) куда актуальнее.

И не следует забывать Турцию. Все-таки исторически территория Северного Причерноморья — это материковые владения Крымского ханства, вассала Турецкой империи, а Килия, Аккерман, Очаков, Азов в течение столетий были турецкими городами.

Пока все «соседские претензии» не имеют шансов, поскольку не допускаются самим фактом существования Европейского союза и НАТО, где территориальные претензии и притязания совсем не приветствуются. Но это только пока.

Потому что последние пять лет в Европе лихорадочно нарастает противостояние между сторонниками единого европейского наднационального государства (глобалистами-евроинтеграторами) и противниками становления именно наднациональной властной евровертикали, а значит — защитниками исторической идеи национальных государств (популистами-евроскептиками). Причем «скептики» отнюдь не выступают за развал Европейского союза как системы (кто же будет выступать против свободы передвижения товаров, услуг, капитала и людей?), но не приемлют становления наднациональных органов власти.

И на протяжении последних лет на выборах органов власти во всех крупных или авторитетных странах Европы евроскептики либо значительно укрепляли свои позиции (Германия, Франция, Голландия, Швеция), либо сохраняли свою власть (Венгрия, Чехия, Польша), либо просто перехватывали ее (Италия).

23−26 апреля в Европе пройдут выборы в высший законодательный орган ЕС — Европарламент. Сейчас там «правят бал» евроинтеграторы: их три партийные парламентские группы имеют 472 места из 751 и их представители формируют Еврокомиссию, европейский кабинет министров — 14 народников, 8 социал-демократов, 5 либерал-демократов и примкнувший к ним внефракционный англичанин Джулиан Кинг (комиссар по безопасности).

Но аналитики даже нынешнего Европарламента прогнозируют значительное сокращение числа евроинтеграторов — до 402 депутатов в их парламентских группах. И, очевидно, они слишком скромны: результаты национальных выборов свидетельствуют, что только в четырёх наиболее крупных депутатских представительствах (от Германии, Франции, Италии и Польши) радикальные евроскептики могут получить до 68 дополнительных мандатов. А ведь есть еще фантастические итоги выборов в Швеции, Голландии, Венгрии etc.

Цель евроскептиков понятна. Сейчас их 142 депутата в трех парламентских группах. Они хотят сформировать «блокирующее меньшинство (1/3 численного состава Европарламента, 236 депутатов), что позволит им блокировать принятие евроинтеграционных законов, а при необходимости — угрожать параличом самой деятельности высшего законодательного органа ЕС. А ведь известно, что угроза действием часто куда эффективнее самого действия.

А ведь основной современный союзник Украины — это именно сам Евросоюз, а не составляющие ее страны. Даже Германия, на европейском уровне всегда декларирующая поддержку Украины, при соблюдении «личных» интересов о ней особо не вспоминает: канцлер Ангела Меркель не препятствует строительству «Северного потока-2», который превратит в невостребованную рухлядь всю украинскую газотранспортную систему. Зато немцам газ дешевле обойдется…

Изменения в Европарламенте отражают системный кризис Евросоюза, а значит, Украине следует отдавать себе отчет, что в связи с критической зависимостью украинской экономики и политики от Европы любое потрясение ЕС станет причиной обострения лихорадки в Киеве.

Готова ли Украина к такому сценарию? С таким-то внешнеполитическим, гм, органом. Остается только вспомнить глубоко аналитический фрагмент из «Колыбельной для кошки» Курта Воннегута:

Андрей Ганжа